Разговоры о будущем: посетители и участники биеннале о том, что будет дальше


Профессиональный футуролог Майя ван Лимпут в 2000 году совместно с художником Брэмом Готсом запустила проект «Агентство будущего» (‘Agence Future’), целью которого было исследование образов будущего путем разговоров и кросс-культурных экспериментов. Мария Крамар на основе опросника агентства поговорила с гостями и участниками 6-й Московской биеннале современного искусства.

Ольга Тержова, участник перфоманса Анны Ермолаевой

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Постоянно. У меня такой возраст, когда постоянно думаешь о будущем. И не только о своем. О будущем страны, о будущем города, о будущем своих родственников, вообще обо всем. Не знаю, этим надо жить.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Про худший я не знаю. Про лучший могу сказать, потому что когда тебе остается определенное количество времени на этой земле, ты начинаешь оценивать жизнь и стараешься все ухватить. Вот некоторые говорят: «Спешит жить». Вот я спешу жить. Вот этого я не видела, вот этого я не знаю, а вот это почему, а вот встреча с разными людьми, с артистами, даже с этими, которые здесь ничего не видят, хлопают глазами (участники перфоманса Анны Ермолаевой с сайта massovki.ru) — все интересно. Либо у этих людей уже деградация пошла, либо они отупели до предела. Вот причина. Почему? Можно ли им помочь?

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Я вообще не хочу думать о худшем. Почему? Потому что люди, которые живут на земле, всегда хотят лучшего. Все хотят счастья, мелкого или большого, — неважно, все хотят лучшего. Соответственно, никто не хочет плохого, а если что-то и есть плохое, то стараются от этого избавиться. Каждый должен сформировать лучший вариант вокруг себя. Сначала вокруг себя, вокруг своей семьи. Это же Энгельс сказал, что государство — это семья. И если каждая семья будет заботиться о своем светлом будущем, что-то делать для этого, то государство и семья от этого будут только процветать.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Лучший сценарий — это когда люди уже поняли, что ни войны, ни дрязги, ни споры ни к чему хорошему не привели. Поэтому они размышляют о том, что бы еще сделать такое, чтобы подольше пожить, побольше увидеть и еще может быть куда-то полететь.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— Да нигде. Либо нигде, либо оно перед вами. Будущее — это вы. Недаром говорят: «Счастье вы делаете своими руками».

Мария Анаскина, фотограф биеннале

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Да. Я все время думаю о будущем: и ближайшем для себя, и далеком для будущих поколений.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Я думаю, я хочу жить в Лос-Анжелесе в будущем. Это лучший сценарий, потому что у меня сейчас там бойфренд живет. О худшем я вообще не думаю. Мне кажется, что оно по-любому будет лучшим. Может быть, оно будет не таким, каким я его себе представляю, тем не менее, оно будет лучшим. Просто других сценариев у меня пока нет.

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Я озабочена тем, что сейчас происходит в экологии. Мне кажется, что мы будем идти по более умным путям развития технологий, в том числе в плане переработки отходов. Все новые технологии, которые мы разрабатываем, будут постепенно внедряться и органично становиться частью нашей жизни. Я представляю себе, что мы со временем будем такой же органичной системой, как природа. Мы постепенно структурируемся, как атомы структурировались в вещества.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— То же самое и с глобальным будущем. Климат менялся на протяжении всей истории, и до появления человечества. Тогда происходили глобальные потепления, ледниковые периоды, и худшее здесь — это то, что будет очередной ледниковый период после глобального потепления. Может быть, человечество умрет, но на смену придут новые динозавры или что-то в этом духе. Но это худший сценарий с точки зрения гуманоида.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— В интернете, потому что будущее пока — это лишь идеи, представления. И в сети, как в нашем основном медийном источнике, они могут быть озвучены. У Кати Новицковой спросите, она вчера рассказывала очень футуристичные истории.

Кирилл Савченков, посетитель биеннале, художник

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Да, является важной темой. Как художник, я работаю с этой темой и мне это кажется важным, потому что в современной российской действительности тема будущего отменена системно, и о ней важно думать с альтернативных позиций.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Как я уже сказал, будущее отменено, по этой причине о нем трудно думать в личном плане, поскольку не знаешь, что будет завтра или послезавтра. В этом плане, трудно планировать свое время. Худший вариант для меня — это участие в вооруженном конфликте гражданского характера. Лучший вариант — пережить этап неясности, реализовать те планы, которые я для себя поставил. И не быть свидетелем переворотов, гражданских войн и не быть изгнанным из своей страны в связи с подобными событями.

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Худший вариант — это наверное появление построссийского пространства со всеми вытекающими. Понятно, что как в таковом — здесь нет ничего плохого, но путь, который к этому приведет, связан с опасными моментами. Лучший вариант — это преодолеть период имитационности на всех уровнях институтов в обществе, преодолеть кризис идентичности и, конечно, реинтегрироваться, найти новые повестки, выйти из нереализованной истории.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Худший вариант — это, конечно, глобальный культурный конфликт, который будет построен на религиозном противостоянии, и из него нельзя будет никак выйти: не будет территорий, которые могли бы иметь статус-кво или где можно было бы спастись. Конфликт будет тотальным. Это худший вариант, который связан и с ИГ, и с другими процессами. Лучший вариант — это пережить кризисный момент современности, когда современность станет глобальной и увидеть колонизацию человеком других территорий, океана и достижение новых идей, открытий и так далее.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

Лучший и худший вариант опять? Я не знаю. Будущее… В материальном плане — это какие-то автономные территории научных городов или формаций, хотя там много корпораций… Не знаю, наверное, в таких автономных пространствах, где реализуется на микро уровне идеи о сообществе как множестве. А если говорить о нематериальном мире, то, наверное, в области, где искусство можеть быть реализовано в различных формах. Я говорю не о биеннале, а о межхудожественной коммуникации, где реализиуются нематериальные формы взаимоотношений. Это касается не только сферы современного искусства — среди других людей это тоже можно встретить.

Евгений Валерьевич Литягин, охранник Центрального павильона

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Да. Постоянно думаю.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Только лучшее. Позитив. Негатив отвергается. Уверенность в завтрашнем дне, уверенность в моих детях, в моей семье, в моих близких. Большие надежды на это. Идем к этому мелкими шагами. Придем к этому, 100 процентов, когда — это вопрос. Все зависит только от меня.

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— В пределах ВДНХ вы имеете в виду? Это настолько все субъективно. Не будем загадывать, поживем-посмотрим.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— В любом случае все будет хорошо. И глобально и локально. Человек — это таракан, который выживет везде. Чему быть, того не миновать, зачем об этом думать? Это не планируется и не прогнозируется.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— А зачем? Надо быть очень осторожным со своими желаниями, потому что иной раз человек, не задумываясь чего-то хочет и получает, а потом осознает, что он сделал большую глупость. Нет, будущее будет в ближайшем, в дальнейшем и пусть оно будет там. Что будет — то будет.

Сергей Братков, художник, участник биеннале

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Как художник я думаю часто о будущем, потому что то творчество важно, оно дает не только картину сегодняшнего дня, но и заглядывает в будущее, поэтому это профессиональная вещь для художника.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Во-первых, хоть я не религиозный человек, но считаю, что мы все ходим под Богом, поэтому это будущее может оборваться в любом момент после нашего разговора, персональное будущее. Во-вторых, у каждого человека дело идет не к молодости, об этом меньше задумываются в молодые годы. Поэтому какое у меня будущее? Как художник я не мыслю это будущее в материальных категориях. Я никогда не буду получать пенсию, потому что я всю жизнь не работал. Сегодня, именно сегодня, когда правительство дало разрешение на применения оружия в Сирии, началась Третья мировая война, поэтому восприятие будущего что-то мрачноватое.

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Локальное — это будущее, связанное с продолжением жизни человека, на что сейчас устремлена вся индустрия: различные спа, фитнесы, медицина. Сегодня больше тратится денег на продолжение жизни, например, на криогенную технику, чем на борьбу с раком. Локальное будущее — будущее богатых людей.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Вне территории Земли. Это будущее галактики.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— Во сне.

Катя Новицкова, художник, участник биеннале

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Да. Одна из основных траекторий в моей работе — это спекуляция на тему будущего и особенно, спекуляция на тему эстетического развития в будущем. Через это я стараюсь понять, каким будет будущее.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Лучший вариант всегда очень банальный. Я просто всегда надеюсь на то, что вокруг меня не будет никаких войн, и изменение климата не будет таким страшным, не все животные вымрут, и у меня будет какая-то более или менее здоровая семья, более или менее здоровое окружение и среда.

— Что вы думаете о локальном будуще?. Назовите лучший и худший сценарии.

— Один из уроков истории состоит в том, что все непостоянно: этнические, культурные традиции — это такой динамичный конструкт, который всегда меняется. И одна из тех вещей, которая меня интересует насчет будущего, — это дальнейшее смешение различных глобальных культур. Мы перемешиваемся культурно и генетически и это очень полезно и для глобальной миграции, и для развития будущих культур, и для создания новых форм мышления, мировоззрения и форм действия. Мне любопытно посмотреть на мир через 100 лет именно с этой точи зрения. И негативная локальная проблема возникнет, если люди станут этому сопротивляться, как сейчас они сопротивляются во многих маленьких местах, в той же Эстонии, откуда я родом, где все люди очень боятся всего того, что непохоже на них. Они не понимают, что они сами продукт каких-то изменений, миграций и непостоянности. И это, естественно, страшно. Но я все–таки думаю, что у них нет выбора. Мир все равно будет очень сильно меняться в ближайшие десятилетия, и я думаю, в лучшую сторону.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Я смотрю на мир таким образом, что любые негативные события дают пространства и возможности для возникновения чего-то хорошего и более позитивного. Негативность — это потенциальность позитивного. Мне кажется, это динамичная система, это всегда такой маятник в итоге. Если сейчас у людей ощущение, что маятник пошел в негатив, это открывает какие-то новые возможности. Худший глобальный сценарий — это изменения окружающей среды, которые, скорее всего, поставят очень много людей в ресурсную опасность. Те ресурсы, которые они использовали десятилетиями, исчезнут, и людям придется полностью переосмыслить свое существование, что, естественно, большой кризис для многих.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— В Москве. Я здесь не была 10 лет, и здесь мне очень нравится атмосфера именно в плане смешанности разных культурных тенденций. Мне кажется, будущее можно увидеть, как ни странно, даже на Ближнем Востоке и в Азии, как позитивное, так и негативное. И еще будущее можно увидеть в Лондоне. Вообще, есть много разных вариантов будущего. Будущее можно увидеть и в арктической тундре, потому что она тает. Будущее можно увидеть и в Центральном павильоне ВДНХ. Частички будущего, в принципе, есть везде. В ларьке на какой-нибудь трамвайной остановке тоже можно увидеть будущее, потому что там постоянно меняется содержание этого ларька.

Светлана Салтыкова, балерина, участница перфоманса Леона Кахане

— Часто ли вы думаете о будущем? Является ли эта тема предметом ваших ежедневных мыслей?

— Конечно. Мне кажется, для каждого человека будущее является темой, предметом для рассуждений, может быть, не постоянной, но иногда об этом задумываешься.

— Что вы думаете о вашем личном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— На самом деле, как ни странно, я не могу представить худший. Если я и представляю, то только лучший сценарий. Я об этом никогда не задумывалась и не хотела бы. Нет, ни в коем случае не потому, что я боюсь об этом думать, а просто потому, что от мыслей в настоящем слишком сильно зависит твое будущее. Ты можешь представить, как оно может быть по-разному. Но что лучше, а что хуже — это вообще философский вопрос. Что хорошо, а что плохо?

— Что вы думаете о локальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Что касается моего локального будущего, это, во-первых, реализация каких-то планов, а во-вторых, получение опыта, о котором я еще даже не задумывалась. На самом деле, это какой-то очень неконкретный план, но для меня это важно. Для меня это основной путь, которым я бы хотела идти и в будущем. Это же касается моей семьи, ближайших людей, я бы хотела, чтобы мы все вместе всегда развивались как личности, как профессионалы — неважно — в любом направлении, во всех областях. Для меня лучший вариант — это не оставаться на той ж ступеньке.

— Что вы думаете о глобальном будущем? Назовите лучший и худший сценарии.

— Я не думаю, что можно сказать какие-то слова о том, что мне хотелось бы, чтобы весь мир стал лучше или другую банальщину. Когда мы говорим обо всем мире, то наша локальная часть — это крошечная часть всего глобального. От будущего каждого человека зависит все глобальное. Лучший вариант для меня, если бы каждый человек нашел для себя ориентир в жизни, путь или цель. Каждый должен знать для чего он живет, к чему он стремится.

— Где я могу найти будущее, если я хочу увидеть его сейчас?

— Пожалуй, это самый сложный вопрос, потому что он довольно абстрактный. Будущего ведь нет, если уж так говорить. Прошлого уже нет, будущего еще нет. Есть только настоящее. И потом, как урвать будущее? То, что ты сейчас делаешь, это то, что будет завтра. Получается, что наше будущее — это такой зародыш, который есть в нашем настоящем.